Учение начинается там, где кончается заимствованное мышление

Страница нашлась.

aplwiki.com/wiki/Mnemonics

Скриншот прибывает.

Учение выглядит как передача знания. Поле уже существует. Язык уже существует. Нотация уже существует. Задача учителя — ввести ученика в то, что поле уже знает.

Несколько лет назад я помогала четырнадцатилетнему ученику учить Python. Он любил игру Wordle, и я поискала программы, которые её решают. Их было много. Некоторые изящные. Некоторые сложные. Все они принадлежали опытным программистам.

Мой ученик не мог в них войти. Мне тоже трудно было войти в некоторые из них.)

Моему ученику не хватало не ума. Иногда я думала, что этот молодой человек способнее меня.)

Существующие способы держать игру Wordle просто не могли войти в отношение, которое существовало именно между этим учеником и мной.

Единственное место, куда я могла пойти, — это мои собственные внутренние ориентиры, которые мне пришлось связать. Только моё собственное мышление могло построить мост. По-настоящему меня удивило, что я оказалась способна на большее, чем знала. Я подошла к словам через цвета, цвет и дизайн всегда были нашим общим языком понимания с этим учеником.

Многие годы спустя я наткнулась на простую вики-страницу про глифы APL. Она почти не содержала объяснений. Только глифы и несколько слов о сходствах с вещами из реальности.

Страница не учила меня APL. Она делилась способом видеть.

APL был мне совсем нов, и я предполагала, что все APL-программисты видят глифы так же. Я даже не посмотрела на имя автора, я приняла это за общее знание всех APL-щиков.

Страница: aplwiki.com/wiki/Mnemonics.

Коллективный разум слушает поле Кеннета Айверсона и находит подлинный язык, чтобы с ним встретиться.

Когда я смотрю на Кеннета Айверсона, я думаю: возможно, существующий язык не мог нести подлинное разделение со студентами.

Новый язык не рождается из абстракции. У языка есть источник в отношениях внутри реальности.

Да, смысл учения преобразуется, но многие куски, которые раньше меня озадачивали у Айверсона и его пожизненного пути с нотациями как инструментами мысли, нашли свои места.

Наше подлинное мышление остаётся невидимым,

пока другое сознание не задаст вопрос,

который не сможет удовлетворить ни один заимствованный ответ.

Эту гипотезу нельзя доказать.

Её можно только прожить.